KRUPA: Книжная ярмарка в ДК им Крупской. Бесконечное множество книгБесконечное множество книг
Книжная ярмарка в ДК Крупской
Вы находитесь на старой версии сайта, которая перестала обновляться 1.09.2016. Здесь хранятся архивные материалы. Актуальный сайт Книжной ярмарки здесь-->>
 
> МЫ В СОЦСЕТЯХ
RSS
> КАЛЕНДАРЬ
Актуальное расписание мастер-классов, встреч и презентаций -->>
 
> НАШИ ПАРТНЕРЫ
 
> ХИТЫ ПРОДАЖ

Детская литература:

1.Бренифье, О.
Что такое я?
2.Вестли, А.-К.
Папа, мама, бабушка и восемь детей в Дании
3.Кеннет, Г.
Ветер в ивах
Посмотреть комментарии

Художественная литература:

1.Аверин, Н.
Метро 2033: Крым 3. Пепел империй
2.Третьякова, Л.
Память сердца
3.Шмитт, Э.
Эликсир любви. Если начать сначала
Посмотреть комментарии

Non-fiction:

1.Чойжинимаева, С.
Тибетские рецепты здоровья и долголетия
2.Фрай, С.
Дури еще хватает
3.Барбер, Б.
Рисуем на коленке натюрморт
Посмотреть комментарии
 

Журнал «Питерbook»

:

Фанткритик: рецензии

<- Вернуться
N: 64 Dance, dance, danceРейтинг: 0,00 (0) || Опубликовано: 28.04.2016

Другие рецензии:
05.05.16 Повторение — мать учения, или О некоторых вещах лучше не забывать
28.04.16 Дом, разделенный в себе
28.04.16 Хрупкость
28.04.16 Неинтеллектуальный бестселлер
24.04.16 В музее все спокойно
24.04.16 Вдали от торфяных болот
24.04.16 Маска, я тебя… знаю?
24.04.16 Мёртвый груз
24.04.16 О малых народцах, о древних богах и прочих предивных вещах и делах
24.04.16 Tertium (non) datur, или Нужен ли Дозорам Будда?

архив:
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008

Номинация: Рецензия

Майкл Суэнвик Танцы с медведями
М.: Эксмо, 2015

Майкл Суэнвик любит Россию.

В современной англоязычной литературе Россия, как правило, изображается в двух вариация: либо вообще отсутствует (Марка Уотни, главного героя модного в прошлом сезоне «Марсианине» Энди Вейра, застрявшего на Красной Планете спасают НАСА и сердобольные китайские товарищи), либо предстают в стереотипном образе Bad Russian и Russkoj Mafii (в модных в этом сезоне «Ночных проповедях» Кена Маклауда, то тут, то там мелькают обороты типо «капитализм русского пошиба»). Но Майкл Суэнвик не таков.

Майкл Суэнвик любит Россию.

В рассказах, написанных в 80-е у Суэнвика, появляются герои с русскими именами и фамилиями. Причем они служат не персонажным фоном, на котором действуют главные герои (что, в принципе, характерно для изначального киберпанка и даже считается его неотъемлемой частью), а являются настоящими, живыми людьми.

Майкл Суэнвик любит Россию.

А любовь к России рано или поздно должна породить книгу о России. Не сразу. Скорее долго, а возможно и мучительно.

Как считается, все отцы киберпанка (Уильямс Гибсон, Брюс Стерлинг и другие) к каждому роману подходят ответственно: подробно изучаются матчасть, собирают данные от многочисленных консультантов, пишут, как завещали классики, в день по строчке. Как итог: книги выходят с перерывами в три-пять, а то и шесть лет. Но книги, которые, как правило, стоят столь долго ожидания. Книги, на которые не жалко потраченного времени и денег. Книги, которые достойно пополнять библиотеку, занимающую уже полквартиры. Книги, которые не стыдно указать в завещании где-то между загородным домом и машиной.

«Танцы с медведями» начинаются неспешно и сумбурно: загадочное посольство, в котором участвуют Даргер и Довесок (герои знакомы русскоязычным читателям по рассказам «Пес сказал гав-гав», «Я тоже жил в Аркадии» и «Смуглые девки»; а по при признанию самого Суэнвика Даргер и Довесок его любимые герои) везет загадочный подарок еще более загадочному, чем все вышеозначенное, князю Московии. Экспозиция – если это слово можно применить к постмодернистскому роману – вводит читателя в постапокалиптический мир «Танцев с медведями»: здесь сочетается несочетаемое: посол халифа Византийской империи (Арабский халифат в известной нам истории был непримиримым противником Византийской империи; позже появится царь Ленин, в известной нам истории бывший непримиримым противником царизма), красотки-жемчужины, сошедшие со страниц сказок «1000 и одной ночи»; дворянин – больше похожий на боярина допетровской Руси – с говорящий фамилией Гулагский, его обязательно непутевый сын Аркадий; киберволк, неандертальцы-охранники, Кощей, стихи, которые можно пить сделав несколько глотков из соответствующей бутылки (видимо, сказывает опыт общения Майкла на отечественных конвентах, коих он посетил немало). Все эти ингредиенты Суэнвик перемешивается на первых пятидесяти страницах, быстро замешивая тесто, из которого вскоре слепит пирожки с клюквой, которые, тщательно прожаренные, с хрустящей корочкой, скормит читателю.

К недостаткам экспозиции можно отнести, с некоторой натяжкой, два момента: во-первых, отсутствие сумасшедшей динамики, с которой написана большая часть последующего текста. С другой стороны, экспозиция на то и экспозиция: занавес медленно поднимается, открывая декорации. Сразу бросать читателя в водоворот безумного действия «Танцев с медведями» дело рисковое - не каждый выдержит. Лучше несколькими мазками (Суэнвик описывает предысторию мира «Танцев» в паре реплик Гулагского и Даргера) предварительно обрисовать картину. Во-вторых, будущее после Утопиии – это время провалившегося Восстания Машин, после которого в опалу попали механистические технологии: радио, интернет и машины (Машины, естественно, таким положение дел недовольны и строят планы реванша), зато на освободившемся поле бурно расцвели биотехнологии: модификация тел, нанобиотехнологии, эксперименты над животными и так далее. Возможно, я неисправимый прогрессист, но убежден: развитие технологий – это последовательное, веками выстраиваемое здание, где каждый последующий этаж возводится на крепком основании предыдущего. И биотехнологии – одна из вершин современности – поддерживается этажами «механистических» технологий. Изыми их – все здание прогресса обрушится. Но «Танцы с медведями» - это не твердая НФ, жанр у них совсем другой, тот, к которому подход с рационалистических позиция полностью противопоказан.

После короткой экспозиции герои прибывают в столицу Московского княжества. Кратко ознакомив читателей с новыми персонажами, дав описание Москвы не-особо-понятно-какого- века Суэнвик разворачивает перед читателей картинку: русского бунта, сколь бессмысленного, столь и беспощадного. Автор разделяет героев, создавая несколько сюжетных линий, которые, постепенно нагнетая градус повествования, сводит в единый клубок в финале и разрубает несколькими выстрелами из автомата и пушки, ударами циклопических ног, ловким уколом шпаги-трости, и спущенной с цепи стаи озверевших собак.

Московское княжество в «Танцах с медведями» - это жуткая мишура российской истории и, в первую очередь, из зарубежных стереотипов о ней: тут и дворяне имперской эпохи, сливающиеся в безумных оргиях, и революционеры во главе с Лениным, и жестокий временщик Хортенко, напоминающий какого-то Берию, и допетровские терема, и медведи, и балалайки, и водка (только матрешек не хватает), и Лукойл с Газпромом, и Пепси-кола, и Библиотека Ивана Грозного, и князь Московии, который мог бы одним движением пальца восстановить Российскую Империю, но не в состоянии сделать это по весьма банальной причине.

Уильям Бэрроуз в свое время изобрел новый способ создания текстов: писал связанное повествование, затем разрезал страницы и в хаотичном порядке соединял получившиеся части, рождая сотни новых вариантов. Вариантов абсолютно бессмысленных, но безумных. Если взять любой краткий курс истории России, вырвать несколько страниц, разрезать, перемешать, получившуюся кашу выдуть в гротескную формы, удобрить навозом биотехнологий, то можно получить «Танцы с медведями».

Очевидно: чтобы написать «Танцы» Суэнвику, несомненно, пришлось ознакомится с большим массивом англоязычной литературы, посвященной истории России. И здесь перед Майклом стояла задача, таящая острые подводные камни.

Западную историческую литературу о России можно разделить на два блока.

Первый – огромный, бесконечный континент научно-популярных книг весьма посредственного качества: путаница в датах, фамилиях – обычное дело для подобной литературы. Ее авторы – современные Де Кюстины: слабо знакомые с русским языком и культурой, они опираются в основном на вторичные источники, а иногда и на рассказы наших соотечественников, владеющих иностранными языками и считающих своей главной миссией: рассказать всему миру об извечных пороках русской жизни, об истории тысячелетней катастрофы земли, где ничего хорошего не может быть в принципе. Отсюда и появляются неисчислимые оргии дворянства, ужасы казематов , где узники сходят с ума. Словом, история Россия в представлении данных авторов – это бесконечная жестокость, секс и насилие.

Второй блок – академическая русистика ученых, профессионально десятилетиями занимающихся изучением России. Они описывают нашу историю со всеми ее позитивными и отрицательными сторонами, а их оценка подчас оказывается более адекватной, чем у многих отечественных историков.

Суэнвику удалось пройти между Сциллой и Харибдой: с одной стороны, слепить роман из популярных на Западе стереотипов о России, с другой стороны, не свалиться в чернушный пасквиль на нашу страну, а, наоборот, эти самые стереотипы художественно обыграть, где-то даже обстебать, да так, что в «Танцах с медведями» чувствуется нежная любовь к России и нежная грусть к многострадальной и великой судьбе ее народа.

Как итог: из-под пера Майкла Суэнвика вышел очередной великолепный роман. По степени безумной авантюрности ему сложно найти аналоги, что делает «Танцы с медведями» одной из лучших книг этого десятилетия.

Оставлять комментарии через Disqs можно и без регистрации на сайте.
blog comments powered by Disqus
 
> НОВИНКИ
: Юрий Яковлев. Семеро солдатиков : Эрже. Приключение Тинтина. Акулы красного моря : Диппер и Мэйбл. Сокровища пиратов времени : В.В. Корнилов. Донецко-Криворожская республика: Расстрелянная мечта : Константин Образцов. Культ : Салли Грин. Половинный код. Тот кто умрет : Микаэль Катц Крефельд. Пропавший : Сара Викс. Да будет так

> РЕЦЕНЗИИ

Последние комментарии: