KRUPA: Книжная ярмарка в ДК им Крупской. Бесконечное множество книгБесконечное множество книг
Книжная ярмарка в ДК Крупской
Вы находитесь на старой версии сайта, которая перестала обновляться 1.09.2016. Здесь хранятся архивные материалы. Актуальный сайт Книжной ярмарки здесь-->>
 
> МЫ В СОЦСЕТЯХ
RSS
> КАЛЕНДАРЬ
Актуальное расписание мастер-классов, встреч и презентаций -->>
 
> НАШИ ПАРТНЕРЫ
 
> ХИТЫ ПРОДАЖ

Детская литература:

1.Бренифье, О.
Что такое я?
2.Вестли, А.-К.
Папа, мама, бабушка и восемь детей в Дании
3.Кеннет, Г.
Ветер в ивах
Посмотреть комментарии

Художественная литература:

1.Аверин, Н.
Метро 2033: Крым 3. Пепел империй
2.Третьякова, Л.
Память сердца
3.Шмитт, Э.
Эликсир любви. Если начать сначала
Посмотреть комментарии

Non-fiction:

1.Чойжинимаева, С.
Тибетские рецепты здоровья и долголетия
2.Фрай, С.
Дури еще хватает
3.Барбер, Б.
Рисуем на коленке натюрморт
Посмотреть комментарии
 

Купить книги

:

Читальный зал

<- Вернуться
Михаил Успенский, Андрей Лазарчук. Соль Саракша24.04.2016


Михаил Успенский, Андрей Лазарчук. Соль Саракша
М.: Бестселлер, 2016

«Соль Саракша» – первая книга из новой трилогии «Весь этот джакч» популярных писателей-фантастов Михаила Успенского и Андрея Лазарчука, не раз выступавших в соавторстве.

Действие книги разворачивается в мире «Обитаемого острова» Стругацких, на планете Саракш, а точнее – в Верхнем Бештоуне, что на самой границе с Пандеей. Именно здесь осуществляется стратегически важная добыча горной соли, отчего небольшой городок солекопов становится средоточием самых разных сил, преследующих различные цели.

Успенский и Лазарчук предлагают посмотреть на затерянную в далекой-далекой галактике планету не через оптику пришельцев, а глазами ее коренных обитателей – подростков из шахтерского поселка. Поначалу те всего лишь хотели подзаработать, наловив водяных грибов в горном озере. Однако первая же грибалка заканчивается прискорбным инцидентом с гвардейским вертолетом и находкой в лесу непонятного «летчика» со страшными ожогами. И вот тут-то и закручивается водоворот событий, в который так или иначе оказываются вовлечены все герои книги, а главное , конечно, Поль – таинственный человек ниоткуда, ментограммы которого поражают и заставляют хотеть странного…

Помимо отличного замысла и сюжета, книга насыщена узнаваемыми образами, аллюзиями и отсылками к различным реалиям мира Стругацких, а также яркими персонажами, сложными вопросами, психологией и тонкой иронией.

«Соль Саракша», несомненно, придется по вкусу как поклонникам Стругацких и любителям творчества Успенского и Лазарчука, так и всем почитателям качественной фантастики.

Фрагмент книги публикуется с любезного разрешения издательства
___________________

Михаил Успенский, Андрей Лазарчук

Соль Саракша

Фрагмент книги

Рыба ищет, где лучше

Если зажмуриться, когда слышишь речь Нолу Мирош, можно подумать, что с тобой, убогим, общается самая прекрасная принцесса на всём Саракше.

Зато когда разразжмуришься, сразу наступает резкий облом.

Не то, чтобы Нолу страшная. Нет. Страшных девушек у нас в гимназии хватает. (Это «чёрные» учатся раздельно, а в Шахтах живут люди экономные). Вовсе нет. Просто когда на неё глядишь, на ум приходит только одно слово — «рыба».

Приходит на ум это слово всем. Должно быть, даже бабка-повитуха, принимавшая маленькую Нолу, точно так подумала, хоть и не стала говорить. И если бы нашу одноклассницу повстречал какой-нибудь совсем уж посторонний чужак, он бы тоже подумал на своём чужацком языке: «Ну чисто рыба!».

Наконец, и сами-то рыбы, умей они говорить, хором бы рявкнули: «Наша!»

Нолу, в отличие от нас, полная сирота. Её родители пропали без вести, когда ей было десять. Не на войне, не в гиблых землях. А просто взяли и пропали на лесной дороге. Вместе с повозкой и осликом. Они ехали к родственникам-фермерам — отвезти подарки, привезти земляных яблок. Всё-таки дешевле, чем на рынке! Видно, польстилась какая-то горская нелюдь на гостинцы.

Сиротского дома в нашем городке нет. И никогда не было. Любого сироту найдут, куда пристроить — хоть к самой дальней родне.

Говорят, что такое отношение к сиротам у нас от пандейцев. Возможно. Не худший, конечно, обычай.

Кстати, Рыба могла бы и в наш дом попасть, поскольку приходится она мне многоюродной сестрой или там тёткой через тридцать три солекопских хрена.

Но была у подруги нашей родная бабка, и такая уж там бабка, что никакого дедки не надо…

Так что Рыбе тоже с прозвищем повезло — могли и Горной Ведьмой навеличить. Потому что бабуся-то её — известная ворожея, колдовка, знахарка и вообще личность выдающаяся. В старые времена её непременно бы утопили в рогожном куле из-под соли. Да и нынче таких желающих немало. Но солекопы не дадут: она замечательные обереги мастерит — от завала, от пожара, от соляных крыс… Её собственный сын, Рыбин папаша, был крепко заговорён, и все норовили его в свою бригаду переманить: авось рядом с ним и другие уберегутся…

Рыба и сама, по её словам, кое-что может, хоть Князь над ней и посмеивается.

Тогда она говорит:

— Ладно. Если возьмёте меня в свою команду, научу вас одному заклинанию — ото всего помогает! Даже от сглаза на соль!

И научила. Заклинание было простое и короткое:

Стану дождём и камнем,
Стану огнём и ветром.
Соль рассыплется по камню,
Соль развеется по ветру,
Соль растворится в дожде,
Соль закалится в огне.

И действительно, помогало. Особенно в драке. Пока его повторяешь — можно сосредоточиться и действовать хладнокровно…

…— Душевная девка, да только несексуальная какая-то, — сказал я однажды Князю.

— Просто ты, Сыночек, путаешь сексуальность с доступностью, — ответил господин аристократ.

— Ну конечно, — сказал я. — Это ты мачеху свою имеешь в виду или сеструху названую?

И опять мы друг дружку слегка поуродовали. Не из-за Рыбы, нет — ещё не хватало! Просто давно не махались, а форму-то нельзя терять! Враги же кругом!

Только Нолу всё это пофиг. Она из себя красавицу не строит. Она знает, что на Балу Суженых никто её имени не назовёт, а если и назовёт кто, так будет это какой-нибудь полный ублюдок из «Отчичей». Она бесприданница, а бесприданница в семье мужа всё равно что рабыня.

Да она и сама не хочет замуж. У неё свой заскок — уехать из Верхнего Бештоуна в столицу. Она всё про эту джаканную столицу знает. Все улицы и площади. До войны и после. И намерена свалить туда. Любой ценой. В отличие от меня, я-то зубами буду цепляться за отчий дом...

— Уеду, — говорит. — Буду сперва хоть нянечкой в больнице работать, хоть горшки выносить. Потом сдам на медсестру. Потом устроюсь сиделкой к богатому старику… Только бы не видеть этого солёного посёлка и ваших солёных физиономий!

— Ой, радость моя, — сказал, помнится, Князь. — Богатых в столице нынче мало, а до старости и вообще редко кто доживает…

— На мою долю хватит!

И ведь она своего добьётся! Пока мы собак пинаем, она после школы бежит или в городскую больницу, или за реку в госпиталь. Учится сестринскому делу. А по выходным вместе с нами — в санаторий «Горное озеро» к доктору Мору. Но мы-то там книжки читаем или вообще валяем дурака, а она доктора с помощником донимает вопросами про разное медицинское оборудование — в санатории его навалом.

Когда она в первый раз увязалась за нами в санаторий, мы слегка приджакнулись. Девчонка, по доброй воле — в «Горное озеро»! Где жертвы резни по ночам стонут! Где огоньки из земли выныривают! Где на мутанта можно нарваться! Где, наконец, доктор Мор своими загадочными делами занимается… Да туда парня далеко не всякого затащить можно, на полдороге сбегают…

А когда она без писка и жалоб добралась до санатория и первым делом разыскала доктора, мы её вообще зауважали. И сам господин Мор Моорс посмотрел на нас этак… укоризненно.

А история про велосипеды! У меня-то была старенькая «Юность», Мойстарик на ней толком и не покатался — окончил гимназию и сразу пошёл на соль, а после смены на весёлые прогулки как-то не тянет.

Велосипед же Князя остался в военном городке, а сходить за ним, естественно, гордость не позволяла. Ну, и я тоже пешедралом — из солидарности.

Нолу ходить пешком всё-таки не понравилось — так далеко и так в гору!

— Да сбегаю я за твоим великом! — говорит. Рассчитывала, видно, что Дину будет возить её на раме своего роскошного «Горного барса» ручной сборки.

— Ты, девушка, джакнулась! — отвечает Князь. — Моя мачеха тебя спустит с лестницы. А так называемая сестра может и кислотой плеснуть, она кислотой бородавки в паху прижигает!

(То есть он-то право имеет про Лайту гадости говорить, а я — не моги!)

— Творец не выдаст! — бодро сказала Рыба и вприпрыжку отправилась к мосту.

Вернулась она, трудно поверить, с двумя велосипедами. Один Князев, другой дамский.

— Госпожа Лайта подарила, — объясняет. — Ей он не нужен: боится, что икры станут чересчур мускулистые… Очень милые девочки, мы приятно так поболтали…

А общение с нами репутации Нолу Мирош никак не грозит: коли ходит с двумя сразу, стало быть не трахается ни с одним…

…Обернулись тогда на берегу мы с Князем.

Она, рыбонька наша…

— И чего ты знаешь?

— Мы с этого плота будем собирать озёрные грибы на Ледянке!

Ну, она и сказанула!

Грибалка — золотое дно

Люди, которые живут внизу, наверняка забыли вкус озёрных грибов. Их и до войны не все могли себе позволить.

Да и то, что горожане кушали до войны, трудно назвать настоящими озёрными грибами. Лопали они натуральный джакч. Потому что росли те грибы в тёплых искусственных прудах, на химической подкормке и были мягкие, дряблые, безвкусные… И наверняка вредные!

Иное дело — грибок, добытый в высокогорном озере, где вода ледяная, а все нужные вещества доставляются из подземных родников. Говорят, это да. Говорят, это нечто. Крепкие, ядрёные, душистые.

Вот как раз такие и водятся в одном из Диких озёр, которое зовут Ледянкой.

Когда шикарный дурдом «Горное озеро» ещё фунициклировал, там держали специальных людей — грибаков. Из особого горского племени. И эти горские грибаки работали исключительно на санаторную кухню. Разве что под праздники погранцам удавалось немножко выпросить для офицерской столовой…

Но началась война, и кончилось всё остальное. Горцы, не дожидаясь обязательной традиционной резни, сбежали. Своё хозяйство при этом старательно привели в негодность — чтобы не досталось проклятой Империи…

Так что древний промысел придётся возрождать с нуля.

Всё это нам рассказала Рыба, а ей, в свою очередь, поведал подручный доктора господин Айго. Горбатый весь и перекошенный такой.

Сами-то мы про эти грибы думать не думали. Конечно, неплохо бы меню разнообразить, да кто ж в такую воду полезет?

— Я и полезу, — сказала Рыба. — А вы меня с плота будете страховать. Плот лучше лодки. Лодка может перевернуться. Да и лодки там сплошь негодные, я смотрела… Психи их все порубили, когда персонал извели…

— И что нам с тех грибов будет? — спросил я.

— Я рынок изучила туго, — сказала Рыба. — Дюжина грибов — два зено, причём именно серебрушками, не купюрой.

— Так их не только продают, но и принимают дюжинами? — удивился Князь. — А я-то думал… Ух ты… Серебрушка…

— Ну, нам-то придётся сдавать подешевле, — сказала Рыба с большой досадой. — Договорюсь с проводниками, они возьмут наш товар в морозильный вагон — и прямо в столицу. Любой ресторан с руками оторвёт…

— А не проще будет их здесь реализовать? В «Солёной штучке» или у погранцов?

— Не проще, — сказала ушлая Рыба. — Ну, сдадим мы их за бесценок в «Солёную штучку». Тогда господин Энти Харош сам договорится с проводниками, да и кулинар-корнет Краку не станет такое добро стравливать личному составу и даже господам офицерам, потому что жадность прежде него родилась… Он вообще курьерскую службу подключит — будут товар в опечатанных кейсах возить, секретными бумагами перекладывать…

— Жалко, — сказал Князь. — А то бы я в военном городке торговал грибами с лотка — ой как стыдно бы стало господину полковнику! Хоть стреляйся!

— Обожди, Нолу, — сказал я. — Мы их что — кулями будем заготавливать?

— Я всё продумала, — говорит и смотрит на меня, как на несмышлёныша. — Во-первых, уже много лет никто в Ледянку за грибами не нырял. Расплодилось их там немерено, а это вредно для самих же грибов, их прореживать надо. Во-вторых, в санатории работают большие холодильники, я проверяла. То есть не работают, потому что пока не подключены, но генератор там сами знаете какой зверь. Сперва будем складывать товар туда, а потом наймём грузовик и привезём на станцию… И солить будем сами, благо соль дармовая, травки тоже… Точно! И за соль ещё накинем! Внизу-то она ой недешёвая!

Всё-то наша рыбонька продумала!

— Обожди, — опять говорю я. — Всё ты, рыбонька, продумала, кроме одного: мы грибачить-то не умеем! Это же целое ремесло! Да ещё забытое!

— Я что — джакнутая? Я в городской библиотеке популярную брошюру нашла, называется «Грибалка — золотое дно»! Серия «Для начинающих»…

Я прикинул. Плескаться в Ледянке, конечно, невеликое удовольствие. Зато если рыбья затея выгорит, мне не придётся все каникулы разносить пиво в «Штучке». Потому что не ехать же здоровому дылде в детский лагерь. А подсобником на шахту меня без отцовского разрешения не возьмут — Мойстарик зверски не хочет, чтобы я пошёл по фамильной линии: «Хватит, Яррики свою соль отработали!»

Только не стану же я сидеть на родительской шее все вакации! Тем более что Князь договорился в той же пивнухе мыть посуду, поскольку это будет особенно обидно для господина полковника…

Но ведь заготовка озёрных грибов для военного аристократа — тоже достаточно позорное, чисто дикарское занятие!

Согласился я с Рыбою «в сердце своём», но говорю этак небрежно:

— Можно, конечно, попробовать, в лоб не дадут… А вот как мы этот плавучий танк на озеро доставим?

— На грузовике, — отвечает Рыба.

— Да какой джакнутый недомут туда поедет?

Дурдом с привидениями

Заброшенный санаторий «Горное озеро» пользуется очень дурной славой. И мы с Князем свои походы стараемся особенно не афишировать. Запретить, конечно, нам никто не может, да и репутацию в гимназии это укрепляет, но… можно прослыть таким же психом, как прежние обитатели этой бывшей душевной здравницы.

Когда грянула война, началась она и в «Горном озере». Пока весь Верхний Бештоун пребывал в скорбном оцепенении, тамошние пациенты, люди весьма знатные и богатые, разом как будто беспричинно взбесились, расхватали кухонный и пожарный инвентарь — да и перебили весь медицинский персонал… А вот обслуга, из местных, успела вовремя разбежаться — кухарки, модистки, горничные, прачки…

Но принято говорить, что вырезали всех. «А как же ты сама уцелела?» — спрашиваешь рассказчицу. «Да я в холодильнике (в процедурной, в клизменной, в микроволновке, в барокамере, в террариуме, в томографе, в ментоскопе) спряталась!»

Прошло какое-то время. Война войной, а надо как-то жить дальше. Пришли первые указы из столицы: имперские палачи низвергнуты, Неизвестные Отцы вытрут народу слёзы и сопли, поведут его… ну вы понимаете. Добычу соли не снижать, потому что из заражённой морской воды выпаривать её больше нельзя. Наша горная соль теперь товар монопольный, экспортный и стратегический. Закрытый район, льготы и бронь от армии для горняков, въезд по пропускам, продовольственные карточки первой категории, цензура и всё такое.

Магазины и лавки мигом опустели. На рынке ни одного пандейца с овощами-фруктами — они живо границу провели, а наши в ответ туннель законопатили — и тут же повесили мэра за самоуправство.

Тогда-то и вспомнили про «Горное озеро». Ведь столько добра даром побросали! Подумать страшно! А если там окопались завоевавшие свободу психи, так мы же не с голыми руками пойдём!

Никаких погранцов ещё не было, сплошное ополчение: народ похватал охотничьи ружья, топоры и полицейского сержанта с ржавым ручным пулемётом. Кухарки-модистки-горничные-прачки — главными консультантами, где что лежит в номерах. Мэра вынули из петли и поставили во главе: нельзя же без вождя! Погрузились в автобусы и поехали на штурм.

Мойстарик как раз пришёл со смены — тоже к ним подписался, потому что Яррики — народ хозяйственный, а там, говорят, одних комплектов постельного белья на тыщу народу!

Ну, приехали, выкатились из автобусов. Постояли на санаторской парковке, попинали дорогущие алые «захеры» и золотистые «лямцы» по шинам: назад с добычей, мол, каждый на своих колёсах покатит — и рассыпались по основному зданию. Кто номера потрошить бросился, кто сейфы в стенах ищет, самые умные, конечно, поближе к кухне…

О дальнейшем ни отец, ни другие штурмовики вспоминать не любят. Хотя кровью да трупами горняка не испугаешь — «в кишках земли про смерть не забывают». Но сколько я Мойстарика не пытал — всё впустую. «Не надо тебе этого знать, Чаки. Спокойней спать будешь, сыночек»…

Чего уж там они увидели, не берусь и представить. Да только вылетели все добытчики, и горняшки и горняки, из здания. Руки пустые, зато штаны полные. Забыли думать не только про богатейские лимузины— даже в муниципальные автобусы не полезли:, так и чесали своим ходом по дороге! Впереди всех мэр — назад в петлю торопится, чтобы спокойно отвисеть до конца срока!

Ну, автобусы-то потом перегнали назад, когда вернулись несколько совсем отмороженных добровольцев с фронта. Но и они в здание не сунулись!

А «лямцы» и «захеры» так до сих пор и гниют на парковке…

Нынче прежнего страха нет, и все знают, что доктор Мор с помощником проживают в «Горном озере» совершенно спокойно, и никакие упыри их не едят — а всё-таки считается это место дурным. Мимо него даже проезжать не рекомендуется — или шина лопнет, или «искра в землю уйдёт»...

Если бы не Князь, я бы сроду туда не пошёл. Но я пошёл — очень уж не хотелось выслушивать его рассуждения про «идиотские суеверия простолюдинов»…

Да, и ещё, просто чтобы не путаться: есть у нас другой заброшенный санаторий, «Старая Шахта» — он ближе к городу и весь под землёй, в соляных выработках. Астматиков и туберкулёзников там лечили. Но он окончательно заброшенный, и туда не попасть даже самым упёртым: входы-выходы бетоном залиты. И вентиляция заварена, и всё такое. Типа, чтобы сохранить жемчужину здоровья для будущих поколений. Ну, не знаю. Про «Старую Шахту» тоже много чего рассказывают. Однако так я сильно отвлекусь от нашей истории…

Вообще, у нас много старых шахт. И если говорят «старая шахта», всегда нужно уточнять — какая?

…— Это у вас никто не поедет, — сказала Рыба. — А у меня ещё как помчатся. Всё равно фермеры из города едут порожняком. Ну чего он сейчас в городе купит? Соли? Да они её столько запасли, что скоро добывать можно будет с обушком. С тракта на «Озеро» свернуть — крюк небольшой, а деньги для жаднющей деревенщины не лишние…

— Какие такие деньги? — вскинулись мы.

— А какие у вас на новый контрабандный телеприёмник заначены, — сказала Рыба. — Вы про первичные капиталовложения когда-нибудь слышали?

Автор: Михаил Успенский, Андрей Лазарчук    
Оставлять комментарии через Disqs можно и без регистрации на сайте.
blog comments powered by Disqus
 
 
> НОВИНКИ
: Юрий Яковлев. Семеро солдатиков : Эрже. Приключение Тинтина. Акулы красного моря : Диппер и Мэйбл. Сокровища пиратов времени : В.В. Корнилов. Донецко-Криворожская республика: Расстрелянная мечта : Константин Образцов. Культ : Салли Грин. Половинный код. Тот кто умрет : Микаэль Катц Крефельд. Пропавший : Сара Викс. Да будет так

> РЕЦЕНЗИИ

Последние комментарии: